Новый стиль свободного перемещения по городу – Le parkour, возник из детской игры. Помните задание из программы начальной школы: из пункта «А» в пункт «Б»… Главное – прочертить прямую линию на карте, не обращая внимания на попадающиеся на пути предметы (стены, линии электропередачи, деревья, дома, бордюры, мосты), включить воображение и преодолеть барьеры – взобраться, прыгнуть, оттолкнуться, перескочить.

Игра во многом напоминает военный марш-бросок, и в этом нет ничего удивительного: именно в «войнушку» играл маленький Давид в бедном эмигрантском пригороде Парижа, Лиссе. Белль-старший провел детство во Вьетнаме, где служил его отец, а на гражданке работал пожарником – во что же еще играть ребенку? Опасных мест и всевозможных препятствий в Лиссе хоть отбавляй: склады, свалки автомобилей и мусора, заброшенные полуразрушенные здания. Здесь можно было даже попытаться выполнить боевую задачу: добраться до пункта назначения, не наделав шума. Давид научился лазать по деревьям, как кошка, взбираться на стены, как человек-паук, перепрыгивать с одного фонарного столба на другой, как мартышка. Игра быстро увлекала одноклассников – Дэвида и Себастьяна. В отличие от многих своих сверстников, ребята не забыли о детском увлечении, а развили его в искусство и стиль жизни.

«The day when all will be flat, we’ll be dead» («В день, когда все станет плоским, мы умрем»). Паркур иногда называют тарзанкой без страховочного пояса. То, что делают трейсеры (еще один неологизм основателей паркура – les traceurs, который можно перевести как «прокладывающие путь», название участников движения), кажется, выходит за грани человеческих возможностей. Спрыгнуть с огромной высоты и не разбиться, взбежать на вертикальную стену, как будто земного притяжения не существует, скакать по крышам, расстояние между которыми не один метр, – все это похоже на боевик с элементами фантастики.

Но паркур – это не шоу, и не спорт, и не каскадерские трюки. Это идеология сродни восточной философии – преодоление собственного страха, освобождение внутренних возможностей, развитие фантазии и быстроты реакции. Если в нормальной жизни препятствие обычно парализует и угнетает человека, то в паркуре лишь побуждает к поиску выхода и движению вперед. В какой-то степени паркур, как и восточные единоборства, можно рассматривать и как самооборону: столкнувшись с нападением, даже вооруженным, трейсер сможет увернуться, убежать, забраться туда, где преступнику его не достать.

Безусловно, любой трейсер, прежде чем совершить головокружительный трюк, много и подолгу тренируется, отрабатывая простые движения и легкие прыжки, развивая гибкость, пластику и баланс. Техника доводится до совершенства, ведь все прыжки идут без страховки и защитных средств. Но может быть, даже важнее научиться абстрагироваться, видеть себя совершившим трюк. «Надо концентрироваться не на самом движении, а на его результате, – считает Себастьян Фука. – Ты должен мысленно проделать весь путь и увидеть себя благополучно приземлившимся в конечном пункте. И ни в коем случае не работать на публику».

Высказываются опасения и по поводу того, что среди молодежи, болтающейся на улице, найдется немало желающих повторить трюки, которые без соответствующей подготовки могут стать смертельными. И такие случаи уже есть: после выхода фильма Люка Бессона двое подростков, взявшись подражать его героям, погибли.

Кстати, этот фильм Yamakasi. Les samourais des temps modernes («Ямакаси. Самураи нашего времени») разделил сторонников паркура, внес смуту в их ряды и даже в некотором смысле дискредитировал само движение.
Фильм повествовал о ловких мальчишках из спальных районов, использующих свой дар управлять телом и преодолевать любое препятствие в незаконных целях – грабеж квартир и обман полиции. Для пущего эффекта совершаемые ими трюки были усложнены, например, им приходилось спрыгивать с шестого этажа. Давид и Себастьян отказались от съемок: «Мы понимали, что это художественная идея, которая не может иметь ничего общего с реальностью. Но у тех, кто впервые видел трейсеров на экране, могло сложиться неверное представление о паркуре. Мы действуем исключительно в рамках закона. Не рискуем понапрасну и совсем не похожи на камикадзе из фильма. Наши трюки гораздо интереснее и не столь примитивны. К тому же, в отличие от героев фильма, мы любим место, где провели детство, и считаем, что город – такая же естественная среда обитания для человека, как природа – для животных. Просто надо научиться жить в гармонии с ним».

Остальные участники группы Yamakasi (в переводе с сенегальского – «человек, сильный духом и телом») оказались не такими принципиальными. В результате Давид и Себастьян покинули команду, ими же самими основанную и обученную. Но на самом деле раскол в движении произошел раньше. В конце 90-х, когда слава о смелых ямакаси докатилась до Парижа и вышла за пределы Франции, их пригласили в совместный с мюзиклом Notre Dame de Paris двухлетний гастрольный тур по стране. Давид и Себастьян и тогда отказались, не желая оставлять тренировочную базу и учеников на столь долгий срок, а другие поехали…
После фильма Белль, Фука и шесть их сторонников покинули команду, основав новое движение «Les Traceurs», и стали еще осторожнее в общении с прессой и выполнении трюков напоказ. «Обидно, что фильм сформировал отношение к паркуру как к опасному занятию. Он не опаснее любого другого вида спорта, – говорит Себастьян Фука. – У нас ни разу не было несчастного случая».

Чуть позже пути Давида и Себастьяна разошлись. Первый продолжал совершенствовать мастерство, путешествовать в поисках новых трюков, подолгу жил и тренировался в Таиланде («Там очень дружелюбные люди, можно ездить на мотоцикле без шлема, а полицейские, видя, как ты прыгаешь по зданиям, не арестовывают, а кричат что-то вроде того: «Вау, классный прыжок!»).
Второй попытался открыть школу паркура для детей и подростков. Паркуру он придумал новое, английское название – free-running. Начал рисовать и выставлять свои работы на выставках. Оба с возрастом (им уже за  30) стали благосклоннее относиться к теле- и кинопроектам, они снялись в массе кинокартин, принёсших им определённый вес в рекламной киноиндустрии.

После того, как Давид снялся в рекламе для канала BBC, в рекламе Nissan и Nike, у него наконец то появился шанс проявить себя: сыграть вместе с Cyril Raffaeli в французском боевике "Banlieue 13" (13-ый район). А Себастьян снялся в роликах Tayota и Nike, в дополнении к этому им было отснято две полноценных документальных картины Jump London и Jump Britan. Он продолжает тренироваться и совершенствоваться, радуя поклонников, удивляя прохожих.

В настоящее время Давид Белль начал свое мировое турне с ассоциацией, которую он создал  - PAWA (PArkour Worldwide Association) и командой трейсеров, которую он сформировал.

По материалам: adrenaline.in.ua